До того как имя Кассиана Андора стало легендой, он был просто человеком, пытающимся выжить. Галактика, затянутая в тиски Империи, оставляла мало места для надежды. Кассиан не искал славы — его толкала вперёд простая необходимость. Каждый его шаг был расчётом, каждый контакт — риском. Он действовал в тени, там, где официальные отчёты Империи теряли свою достоверность.
Его путь начался не с громких речей, а с тихих, почти невидимых действий. Перехваченные передачи, украденные схемы, шёпот имён в тёмных переулках далёких миров. Сопротивление рождалось не в один миг. Оно складывалось из этих отдельных, казалось бы, незначительных фрагментов. Кассиан собирал их, сам того до конца не осознавая. Он видел последствия имперской жадности на опустошённых планетах, в глазах людей, лишённых всего. Это закаляло его, превращая выживание в нечто большее — в молчаливую цель.
Он редко оставался на одном месте. Сегодня — шумные доки Фести, завтра — выжженные пустоши какого-нибудь внешнего кольца. Доверять было нельзя почти никому. Каждая сделка, каждый обмен информацией могли обернуться ловушкой. Он научился читать ложь в интонации, опасность — в слишком долгой паузе. Его мир состоял из кодовых фраз, потайных отсеков на кораблях и постоянного, изматывающего ожидания засады.
Но даже в этой жизни, лишённой корней, находились точки соприкосновения. Краткие союзы с такими же, как он, потерянными душами. Пилот-перевозчик, готовый за плату задать лишний вопрос. Техник на орбитальной станции, "забывавший" проверить груз. Через эти тонкие нити контактов начала проступать картина чего-то большего. Разрозненные недовольные, мелкие банды контрабандистов, разочарованные бывшие офицеры — они ещё не были альянсом. Они были возможностью.
Миссия на Кефри принесла не только данные о новом имперском оружии. Она принесла понимание. Увидев, как целое поселение стирается с лица планеты в назидание другим, Кассиан осознал тщетность простого бегства. Его личная война изменила масштаб. Теперь речь шла не только о нём. Информация, которую он добывал, схемы, которые он похищал, — они могли спасти другие миры, другие жизни. Его осторожные, одинокие действия постепенно стали частью зарождающегося механизма. Механизма, у которого ещё не было имени, но уже была воля к сопротивлению. Так, шаг за шагом, разведчик в тени помогал зажигать первые, самые неуверенные искры того, что позже назовут Восстанием.
